Деятельностно – культурологические предпосылки формирования социальных
стереотипов Российской молодежи
Е.Е.Старновская
Аспирантка,ЗабГУ
Краткая аннотация
Автор
определяет перспективы комплексного
анализа деятельностно - культурологических
предпосылок активного воздействия на процесс целенаправленного формирования положительных
стереотипов в сознании молодежи в процессе решения острых социологических
проблем.
Ключевые слова:
Культура,
культурология, психология, стереотип, социология, проблемы социологии,
молодежь, многосмысленность культурологических
стереотипов.
Activity - cultural preconditions of social stereotypes of the
Russian Youth
Annotation
The
author defines prospects of the complex analysis of activity and culturological
preconditions of active impact on process of purposeful formation of positive
stereotypes in consciousness of youth in the course of the solution of acute
sociological problems.
Keywords:
Culture,
cultural science, psychology, stereotype, sociology problems, youth, justice
stereotypes, negative stereotypes.
Глобальный финансово-экономический кризис начала
III тысячелетия
определил гибельные перспективы дальнейшего исторического развития двух мировых
супердержав США и России. США,
задолжавшие миру 14 трлн. долларов могут выйти из тупикового положения, только
сократив масштабы потребительства и военного
вмешательства во внутренние дела
других государств. Проигравшая холодную
войну Россия оказалась в особенно болезненном состоянии в связи с внутренними
общественно-политическими потрясениями, поставившими ее в условия трудного и пока что мало
перспективного реформирования всех общественных сфер, локальных войн, роста
преступности. Ею утрачена государственная идеология, разрушена промышленность,
под вопросом оказалась сама перспектива
ее дальнейшего территориально-целостного
существования.
Как свидетельствует история, такие
переломные эпохи в жизни государства и общества, как правило, особенно
болезненно сказываются на сознании и поведении молодых людей. Молодое поколение,
с одной стороны, получает уникальную возможность для
инновационно-преобразовательной деятельности, которую им не может предоставить
время спокойного развития. С другой
стороны, юношеский максимализм не ограниченный
рамками права, морали и
требованиями обычая, угрожает
обернуться общественной анархией,
культурным регрессом.
В таких условиях, на первый план
выходит проблема целенаправленного стимулирования одних стереотипов поведения и торможения других. Важно, что они не изобретаются заново, насильственно навязываясь реальности и
чрезмерно обостренному сознанию молодых людей, а применяются согласно своему назначению в
качестве универсального культурологического средства всех времен и поколений.
Представляется, что такими позитивными
социальными стереотипами является адекватное понимание и ответственное осуществление политических стереотипов
справедливости, свободы, демократии в процессе решения конфликта интересов больших
групп, этносов и отдельных индивидов. Соответственно негативными социальными стереотипами выступает недобросовестность, потребительство,
неадекватное, ставшее болезненным для России решение этнического конфликта
интересов. При этом нет возможности исследовать явление стереотипа или другую
форму сознания без связи ее с содержанием,
и это особенно важно, когда речь идет о культурологических основах формирования
социологических стереотипов.
Задачей статьи является обоснование необходимости
максимальной опоры на исторически сложившуюся национальную культуру для разработки положительных социальных
стереотипов целенаправленного воздействия на сознание молодежи с предложением конкретных мер по их практическому укоренению.
Для реализации данной задачи представляется необходимым уточнить понятие
культуры и ее специфически российского
статуса. Далее, определить место в
национальной культуре ее приоритетных понятий и, в том числе,
справедливости, свободы, демократии.
В итоге культурология, социология
и психология формирования национально значимых стереотипов в молодежной среде
должны способствовать выработке жизненно важной для России блокировки
насильственной кампании по утверждению
бескомпромиссного варианта западного
понимания демократического устройства общества,
не подлежащего никакой модификации.
И это не простая задача, которая
может быть, только поставлена в виде проблемы, без претензии решения в рамках одной короткой статьи.
В то же время данная проблема, по
нашему мнению, подлежит обязательному решению, в противном случае под угрозу
ставится не только перспектива индивидуального или общественного спокойствия и
благополучия россиян, но и реализация
исторических перспектив самой России как
государственной целостности. Иначе говоря, предпосылки решения данной проблемы укоренены
в исторически сложившейся культуре общественного бытия. Они требуют
концептуального осмысления и целенаправленного использования.
Культура терминологически
означает действие, возделывание,
обработку. Как и все сугубо социальные явления, культура двойственна:
стандартно (стереотипно) механически
осуществляемая, она часто и
непосредственно угрожает своему созидателю негативными результатами
непродуманных действий. Для молодого человека это означает повышенную опасность
неосмысленного применения культурных ценностей.
Рационально
обоснованная культурная деятельность способна осуществить заранее продуманные и
тщательно спланированные проекты. Но,
также как и механически применяемая,
она не способна гарантировать субъекта
культурной деятельности от
непредвиденных последствий его сколько угодно просчитанных действий
и намерений. А это, в свою очередь, для
неокрепшего сознания может стать сигналом
к тому, чтобы, пренебрегая культурой, искать ей замену. В то время как это приглашение к тому, чтобы
тщательно оптимизировать
интеллектуальные и эмоциональные составляющие культуры, в процессе создания
ее новых образцов.
Другими словами, альтернативы культуре
не существует, несмотря на то, что никакая, сколько угодно развитая культура не
может учесть случайности и гарантировать себя от ее сокрушительного
воздействия. Но для стандартно
сформировавшегося сознания молодого человека такая оборачиваемость культуры может оказаться роковой.
Решение
данной проблемы на пути формирования подвижных социальных стереотипов, основанных на национальных традициях отечественной
культуры и, вместе с тем готовых, к дифференцированному восприятию, ее вне привнесенных образцов.
Понятие «молодежи» в социологии представлено, прежде всего, возрастным
характером. По разным источникам счет начинается в соответствии с
возрастом, с юридической правомочностью
и обозначается 14, 16, 18 годами. Однако дело не только в возрасте, в
соответствии, с которым молодого человека можно привлечь к уголовной
ответственности. Молодость обозначает расцвет сил, способностей, настроенности
на будущее, составление жизненных проектов, живую реакцию на достоинства и
недостатки, которые с избытком проявляются в общественной жизни. И, в том числе
реакцию на явление справедливости или
несправедливости, свободы и несвободы, идеала и его противоположности, которые
внутренне неразрывны и трудно
дифференцированы слабо развитым молодежным сознанием.
В такой же степени, как и взрослые
люди, начинающие практически самостоятельную жизнь, молодые люди встречаются со
стандартными трудностями вхождения во взрослую жизнь и осваивают необычные трудности, сформированные
новым временем и условиями. Как правило, эти условия мало, чем отличаются друг
от друга. Хотя бывают и исключения во времена войн, революций, природных и
социальных катаклизмов. Конец ХХ века для России оказался как раз таким. И его
своеобразие для русского и, в том числе, молодого человека может быть определено
отношением к справедливости, как сугубо российской ценности национальной
культуры.
Н.Баранов,
исследуя особенности молодежи
постсоветского периода как субъекта политических отношений, выделяет три характерных
особенности молодых людей во многом объясняющих специфику понимания ими
проблемы справедливости. «Первая особенность, – считает он, - связана с
незавершенностью становления собственной субъективности в социально-политических отношениях. Молодежь —
не ставший, а становящийся субъект общественных, в том числе политических,
отношений»[1]. Тем самым складывается ситуация, при которой возраст
как объективное основание участия в политической жизни оказывается
дискриминационным фактором.
«Вторая особенность молодежи как
субъекта политических отношений определяется спецификой ее социального
положения. Оно
характеризуется неустойчивостью, подвижностью позиций молодых людей в
социальной структуре, относительно невысоким их социальным статусом,
ограниченностью социальных связей»[2]. При этом дифференциация
различных групп, откровенно выделяя
элитные группы и маргинальные,
настраивает молодых людей против окружающих, формирует конфликтные ситуации.
«И, наконец, третья особенность
связана со спецификой молодежного сознания (лабильностью, трансагрессивностью,
экстремальностью), обусловленной как возрастом, так и положением молодежи как
социальной группы»[3].
XXI век потребовал от
российской молодежи, с одной стороны,
самостоятельного инициативного и тем, часто непривычного, выбора альтернатив в
понимании сущности, в первую очередь, широко пропагандируемых ценностей
политологической культуры, таких как справедливость, свобода, демократия в ее западной интерпретации. С
другой стороны наш век привлек внимание к факту необходимости выработать
определенные стандарты и стереотипы
понимания этих ценностей как уникальных результатов всегда уникальной культуры.
Социальный стереотип (от греч. stereos , что означает –
твердый, прочный), выражает собой упрощенную систему стандартного восприятия
похожих друг на друга людей, явлений,
событий. Введенный в научный обиход американским психологом У. Липпманом
социальный стереотип схож с социальной ролью и, вместе с тем, отличается от нее
тем, что роль рекомендует и предписывает правила игры, а социальный стереотип
их предполагает и демонстрирует
Стереотип представляет собой форму
систематизированного восприятия реальности, непосредственно воспроизводимой
органами чувств или, чаще всего, полученной в процессе социализации и
отложившейся в памяти в виде стандарта
ее восприятия. Тем самым стереотип есть результат предварительного знакомства с
реальностью и, вместе тем он итог
переосмысливания предварительно сложившегося понятия о ней. «В большинстве
случаев, - писал В. Липпман, - мы
не сначала видим, а потом даем
определение, мы сначала определяем для себя то или иное явление, а потом уже наблюдаем его»[4].
То есть, не сам отражаемый предмет или явление лежит в основе стереотипа, а
результат культурного преобразования и переосмысливания этого явления. И именно он определяет качество и истинность
сложившейся картины отображаемой реальности. Она есть результат культуры и сама
выступает ее составляющей. Это культурный стереотип.
Тем
самым первая и важнейшая предпосылка
стереотипизации реальности задается культурой. Другое дело, если этот
«отпечаток» мало или совсем не соответствует реальности, он недостаточно или
совсем не детерминирован культурой как общепризнанным требованиям ее познавательной и деятельностной
состоятельности. Тогда причину
ущербности стереотипа необходимо искать в его
обусловленности состоянием
данного конкретного общества. В результате может оказаться, что
культурологическое основание стереотипа-предрассудка сменяется социологической
причиной его деформированности. При этом на первый план выходит проблема
общественного мнения, которое является главным социологическим арбитром
правильности или несправедливости данного стереотипа и действия на его основе.
Американский социолог Р. Бинкли, в своей
теории «внешнего» и «вербального» миров
делает ударение как раз на социологической предпосылке адекватности стереотипа[5].
В результате формируется общественный
или социально-этнический стереотип.
И,
наконец, важной основой стереотипа, определяющей его достоинства и недостатки,
является психология. Она акцентирует внимание на субъективной
интерпретации результатов чувственного
восприятия самим субъектом восприятия. Тем
самым создается психологический стереотип.
Здесь также огромную роль играет
культура и общество, но субъективизация может проходить с точки зрения,
например, авторов теории этнического
стереотипа Д.Каца и К.Брейли, ориентируя носителя стереотипа на этнические,
родовые или семейные представления. «Этнический стереотип, – пишут они, - это устойчивое представление, мало
согласующееся с теми реалиями, которое оно стремится представить, и вытекающее
из присущего человеку свойства сначала определить явление, а потом уже его пронаблюдать»[6].
Стереотипы,
сформированные на основе этнических представлений, в свою очередь, формируют
межэтнические и межнациональные отношения. «Они, - считает Н.А. Ерофеев, - нередко влияют на отношения между нациями,
этническими группами и государствами»[7].
Тем
самым стереотипизация, есть сложный
трехуровневый способ освоения
объективной реальности на основе общих предпосылок культуры, национально -
этнических предпосылок конкретного общества и собственной психологической
интерпретации полученной информации
носителем данного стереотипа. Каждый уровень несет угрозу деформации
стереотипа, превращения его в ложную картину реальности. И это особенно опасно,
когда молодым человеком игнорируются
особенности национальных стереотипов.
На
эту предпосылку формирования стереотипа указывает Д.Б.Парыгин, считающий, что «не
вызывает сомнения факт существования психологических особенностей у различных
социальных групп, слоев и классов общества, а также наций и народов»[8]
Анализ, справедливости как
приоритетной ценности в стереотипе национальной культуры русского народа-правдоискателя предполагает выяснение вначале критериев справедливой деятельности, а затем и утверждение неких ориентиров и
принципов ее действительного осуществления. На практике это означает, в первую очередь,
рассмотрение исторических способов, посредством которых справедливые действия и
поступки на деле реализовались или казалось, что могли бы быть реализованы.
Опыт
развитых стран диктует нам большую
терпимость к социальной дифференциации,
формирующей далекие от нашего понимания аксиологические критерии. «На уровне норм и принципов мы можем
говорить о расширении «справедливости» и
«свободы», - пишут об этом, например, американские специалисты, - но их институциональное воплощение
представляется либо преимущественно негативным, либо крайне избирательным»[9].
Другими словами, приходится
отказываться от надежд, по поводу наконец-то найденного
«справедливого» устройства общества, которое чуть ли не автоматически, решит все наши проблемы. Такой отказ в ключе
кардинального пересмотра искусственно созданных стереотипов для молодого человека
с юношеским максимализмом опасен
формированием крайностей анархизма, терроризма, психологического срыва. В этом
отношении, предупреждения, исходящие от
специалистов развитой демократии для специалистов, создающих демократический стереотип для молодых людей отечественной
практически монархо-тоталитарной культуры, заслуживают самого пристального
внимания. «Полностью демократическое и справедливое гражданское общество, -
пишут они – это, конечно же, утопия в классическом смысле; она никогда не может
быть полностью реализована или завершена,
но действует как регулятивный идеал,
одухотворяющий политические проекты»[10].
Следует подчеркнуть, что дело в том, какое
содержание вкладывается в
стереотип «демократии» и
«справедливости», молодым человеком, действующим на основе насильственно
внушенного стереотипа.
Для мировоззрения русского человека, в
поколениях особо озабоченного проблемой справедливости с явно выраженным приоритетом
монархо-тоталитарных ценностей консервативной идеологии, переориентация на демократию американского
образца выступает окончательно гибельным явлением. Поэтому отечественные исследователи социальных процессов России
давно бьют тревогу по поводу раздвоенности стереотипов национального сознания.
«Одна часть (думаю, примерно
половина),- пишет об этом, С.Кара-Мурза,- считает тип жизнеустройства в России,
созданный реформами, крайне несправедливым. Это зло, с которым невозможно
примириться, и речь идет лишь о том, чтобы выбрать приемлемый способ его
преодоления.
Другая часть (думаю, процентов десять)
принципиально довольна этим жизнеустройством, она приняла мораль «падающего –
подтолкни». У остальных 40% - расщепленное сознание»[11].
То же самое со свободой и демократией.
Для того чтобы закономерно эволюционирующее представление о справедливости, свободе,
демократии и других культурологических ценностях в сознании молодых людей не оборачивалось своей деструктивной
стороной, необходимы специальные,
целенаправленные действия по их корректировке. Среди которых:
1. Тщательное исследование
культурологических основ формирование социологических стереотипов в молодежной среде юношеского
максимализма. По результатам
исследования требуется разработка, и практическое применение специальных корректировочных мер
предупреждения угрозы молодежного
экстремизма, потребительских настроений, политического равнодушия.
2. Разработка специальной
государственной политики, в первую очередь направленной на поддержание высокого
статуса стереотипов русской справедливости, в первую очередь в глазах молодежи
среди других важных мировоззренческих ценностей.
3. Предложение образцовых
стереотипов справедливости, патриотизма в поведении специально созданных героев
боевых действий, служащих общественно государственных учреждений, политиков.
Демонстрация «Человека долга», «человека слова», «Человека ответственности» и т.д.
Для этого должна быть создана система
специальных программ, ориентированных на формирование гражданско-патриотических
стереотипов и выработки ответственности за их реализацию в виде собственных стратегий жизненного
целеполагания. И они должны быть выработаны лично. Как считает, например, В.Франкл каждый
человек «это меньше всего продукт
наследственности и окружения; человек, в конечном счете, сам решает за себя!»[12]. С
другой стороны внимательно прислушиваться к русским консерваторам,
предостерегающим от непродуманных
увлечений и, в том числе, сверхмодной справедливостью западных демократий[13].
СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ
ЛИТЕРАТУРЫ
1.
Н.Баранов Молодежь. Формы политического участия. Персональный
сайт [Эл.ресурс] http://nicbar.ru/polit_soc_13.
(Дата обращения 23.02.2013)
2.
Ерофеев Н.А. Туманный
Альбион. М., 1988.
3.
Кара-Мурза С. Что такое справедливость в
России сегодня? Персональный Блог [Эл.ресурс] http://sg-karamurza.livejournal.com/27140.html (Дата обращения
20.02.2013)
4.
Коэн
Д., Арато Э. Гражданское общество
и политическая теория. М.,2003
5.
Парыгин Д.Б.. Общественное
настроение. М., 1966.
6.
Победоносцев К.П. Великая ложь нашего времени//Правовая мысль.
Антология. М.,2003.
7.
Франкл В. Человек в поисках смысла. М., 1990.
8.
Binkley Robert C. The Common Concept of Public Opinion in theSocial Sciences // Social Forces.1928.Vol.6,
9.
Katz D., Braly K. RacialStereotypes in One Hundred College Students // Journal of Abnormal
and Social Psychology, 1933, Vol.28.
10.
Lippman W. Public Opinion. N.Y.,1950.
[1]
Н.Баранов Молодежь. Формы политического участия.
Персональный сайт http://nicbar.ru/polit_soc_13.
[4] Lippman W.
Public Opinion. N.Y.,1950, p.95
[5]Binkley Robert C. The Common Concept of Public Opinion in theSocial Sciences // Social Forces.1928.Vol.6, p.39
[6] Katz D., Braly K. RacialStereotypes in One Hundred College Students // Journal of Abnormal and Social Psychology, 1933, Vol.28, p.288-289, .
[7]
Ерофеев Н.А. Туманный Альбион. М., 1982, с.11,
[11]
С.Кара-Мурза. Что такое справедливость в России сегодня? Персональный Блог. [Эл.ресурс] http://sg-karamurza.livejournal.com/27140.htm
[12] Франкл В. Человек в поисках
смысла. М,1990. С.109
[13] См. об этом Победоносцев
К.П. Великая ложь нашего
времени//Правовая мысль. Антология.М.,2003. С.499
Комментариев нет:
Отправить комментарий